Владелец Zara, Bershka и ряда других популярных брендов одежды одним из первых объявил о прекращении бизнеса в России после ее вторжения в Украину в 2022 году. Но испанская Inditex организовала свой уход крайне необычным образом, который позволяет продавать в России практически идентичную одежду и позволит компании моментально вернуться на рынок при изменении политической ситуации, пишет The Moscow Times.
В октябре 2022 года Inditex объявила о продаже российской дочерней компании, которая теперь называется New Fashion, ливанской семье Даэр, которая по франшизе реализует ее продукцию на Ближнем Востоке. За месяц до этого Даэр зарегистрировали в ОАЭ компанию Mixed R, которая в начале 2023 года и приобрела российский бизнес Inditex. За время до закрытия сделки Inditex списала кредит на 9,1 млрд рублей, выданный ранее российской «дочке», и перевела ей 5,7 млрд рублей, после чего продала за «незначительную» сумму, выяснила Financial Times, проанализировав корпоративные документы, заявления компании и поговорив с людьми, знающими о положении дел.
Вскоре после этого Mixed R создала новые бренды, которые теперь продаются во многих из 243 российских магазинов, включенных в сделку. Бывшие магазины Zara, Pull & Bear, Bershka и Stradivarius теперь работают под брендами Maag, Dub, Ecru и Vilet соответственно, продавая зачастую почти идентичные предметы одежды, обуви и аксессуары. При этом три ведущих поставщика Inditex в 2023–2024 годах также были главными поставщиками R Mixed, «дочки» Mixed R, свидетельствуют торговые данные, проанализированные FT в ходе расследования.
Десятки сотрудников Inditex, включая дизайнеров, директоров брендов и закупщиков, переехали в ОАЭ, чтобы работать над новыми операциями в Daher Group (так испанская компания назвала бизнес ливанской семьи, хотя официально такой организации нет), рассказали газете люди, знакомые с договоренностями.
Наконец, по условиям сделки, Inditex имеет право «немедленно» и безвозмездно перевести российский бизнес ливанцев на франчайзинговое соглашение, по которому ее собственные бренды вернутся в ее бывшие российские магазины.
Наталия Рыбалко, научный сотрудник Киевской школы экономики, анализирующая уход транснациональных корпораций из России, не может вспомнить других примеров, когда западная компания вкладывала бы деньги в продаваемый российский бизнес. По ее словам, компании, напротив, старались вывести как можно больше денег перед продажей бизнеса. Благо те, кто покинул российский рынок быстро, еще могли это сделать. В дальнейшем власти ввели ограничения на суммы сделок, вывод денег и заставили уходящих платить «за выход» — фактически откат в бюджет.
«С точки зрения здравого смысла в актив, от которого избавляются, обычно не инвестируют», — говорит бывший главный операционный директор EY Пол Остлинг, ранее возглавлявший комитеты по аудиту в ряде российских публичных компаний. Согласно финансовой отчетности New Fashion за 2023 год, Inditex классифицировала актив как внеоборотный. «Вопрос в том, зачем вкладывать деньги в актив, который является внеоборотным и предназначен для продажи?» — задается вопросом Остлинг.
Inditex заявила, что после объявления о закрытии бизнеса российская компания, не получая доходов, продолжала нести значительные операционные расходы, а обязательства перед «сотрудниками, местными властями, арендодателями и т.д. <…> должны были быть выполнены, несмотря на продажу компании». Она также утверждает, что не участвовала в работе своего бывшего российского бизнеса и не оказывала ему никакой поддержки. «Целью сделки была продажа нашего бизнеса <…> с сохранением возможности вернуться на рынок через договор франшизы», — заявила Inditex.